Общий обзор рациональных типов

Общий обзор рациональных типов

Оба предшествующих типа рациональны, так как они основываются на разумно рассуждающих функциях. Разумное суждение основывается не только на объективно данном, но и на субъективном. Перевес того или иного фактора, часто обусловленный существующим с ранней юности психическим предрасположением, конечно, угнетает разум. Действительно разумное суждение должно основываться настолько же на объективном, как и на субъективном факторе, и уметь удовлетворить оба. Но это было бы идеальным случаем и предполагало бы равномерное развитие экстраверсии и интроверсии. Но оба движения исключают друг друга, и пока их дилемма остается, вообще могут существовать не одно рядом с другим, а в лучшем случае одно за другим. Поэтому при обыкновенных обстоятельствах идеальный разум невозможен. Рациональный тип обладает всегда разумом с типическим изменением. Так, интровертированные рациональные типы обладают, без сомнения, разумным суждением, только это суждение соображается с субъективным фактором. Нет никакой надобности насиловать логику, так как односторонность заключается в посылке. Посылка есть существующий до всяких заключений и суждений перевес субъективного фактора. Он a priori выступает с само собою разумеющейся более высокой ценностью, чем объективный. При этом, как уже сказано, дело идет не о какой-нибудь приобретенной ценности, но о существующем до всякой оценки природном предрасположении. Поэтому разумное суждение интровертированному необходимо кажется в некоторых нюансах иным, чем экстравертированному. Так, чтобы упомянуть о самом общем случае, интровертированному та цепь заключений, которая ведет к субъективному фактору, кажется несколько более разумной, чем та, которая ведет к объекту. Это в отдельном случае сначала ничтожное, почти незаметное различие при больших величинах вызывает несоединимые противоречия, которые тем более раздражают, чем менее в единичном случае является осознанным через психологическую посылку минимальный сдвиг точки зрения. Главная ошибка, которая происходит при этом, заключается в том, что стараются доказать ошибку в заключении, вместо того чтобы признать различие в психологической посылке. Такое признание с трудом дается всякому рациональному типу, так как оно подрывает, по-видимому, абсолютное значение его принципа и выдает его тому, что является его противоположностью, что равняется катастрофе.

Интровертированный тип не понимают, быть может, еще больше, чем экстравертированный; и не потому, что экстравертированный по отношению к нему является еще более беспощадным и критикующим противником, чем он сам мог бы быть, но потому, что стиль эпохи, которому он подражает, против него. Он находится в меньшинстве ? и даже не численно, а по своим эмоциям, по отношению не к экстравертированному, а к нашему общему западному мировоззрению. Так как он убежденно подражает общему стилю, он подкапывается под самого себя, потому что современный стиль с его почти исключительным признанием видимого и ощутимого ? против его принципа. Он должен обесценить субъективный фактор вследствие его невидимости и принудить себя к подражанию экстравертированной переоценке объекта. Он сам оценивает субъективный фактор слишком низко и испытывает поэтому чувство неполноценности. Поэтому нет ничего удивительного, что как раз в наше время и особенно в тех движениях, которые идут несколько впереди современности, .субъективный фактор выражается преувеличенным, а потому безвкусным и карикатурным образом. Я говорю о современном искусстве. Недооценка собственного принципа делает интровертированного эгоистичным и навязывает ему психологию угнетенного. Чем он становится эгоистичнее, тем больше ему кажется, что другие, которые как будто вполне могут подражать современному стилю, являются угнетателями, от которых он должен защищаться и обороняться. Он по большей части не замечает, что его главная ошибка заключается в том, что он не придерживается субъективного фактора, с той верностью и преданностью, с какой экстравертированный следует объекту. Благодаря недооценке собственного принципа его склонность к эгоизму становится неизбежной, и этим, кроме того, он возбуждает против себя предубеждение экстравертированного. Но если бы он оставался верен своему принципу, то допустимость его установки подтвердилась бы ее общими действиями и рассеяла бы недоразумения.


Продолжение